Усложнение внешней среды и расширение горизонта управленческих решений за пределы чисто финансовых метрик поставили перед российскими компаниями задачу перестройки контура стратегического и финансового управления. Предметом настоящего исследования выступают теоретические основания и прикладные механизмы, посредством которых сбалансированная система показателей (BSC) встраивается в архитектуру корпоративного управления на стыке стратегии и финансов. В работе применены методы систематизации научной литературы, компаративного анализа подходов отечественных и зарубежных исследователей, контент-анализа практик внедрения. Проанализированы позиции более тридцати авторов периода 2022–2026 годов, включая работы С. Kumar, A. Tawse, B. Lee применительно к зарубежной традиции и исследования Е.А. Бойцовой, А.А. Матюхиной, Т.М. Рогуленко, О.В. Ефимовой, В.И. Бариленко, О.Ю. Гавель, Р.Р. Сидорчука, М.М. Басовой в рамках российской школы. Установлено, что BSC за три десятилетия эволюционировала от инструмента измерения в многофункциональный механизм стратегического управления, интегрирующий финансовые коэффициенты (RИК, RА, RСК, EVA), расчёт WACC и нефинансовые индикаторы в единый контур принятия решений. Обосновано различение трёх функциональных ролей BSC в стратегическо-финансовой архитектуре, а именно трансляционной, интеграционной и диагностической. Верификация предложенной функциональной типологии на материалах публикаций 2024–2025 годов (включая кейсы ОАО «МЭТЗ имени В.И. Козлова», Coca-Cola, Intel, высокотехнологичных и аграрных предприятий) подтвердила её аналитическую состоятельность. Выявлено, что в российской практике преобладает диагностическая функция, тогда как трансляционная разворачивается фрагментарно и страдает от разрыва между стратегическим замыслом и операционной декомпозицией. Научная новизна исследования состоит в выделении трёх функциональных ролей BSC и в обосновании того, что эффективность системы определяется не полнотой набора показателей, а качеством причинно-следственных связей между финансовой и нефинансовой перспективами. Практическая значимость определяется возможностью использовать предложенную функциональную типологию при диагностике зрелости BSC в конкретной компании и при планировании последовательности её развёртывания. Результаты работы адресованы специалистам стратегического и финансового управления, разработчикам систем корпоративного контроллинга, исследователям проблематики управления эффективностью.
The increasing complexity of the external environment and the expansion of the horizon of management decisions beyond purely financial metrics have presented Russian companies with the task of restructuring the framework of strategic and financial management. The subject of this study is the theoretical foundations and applied mechanisms through which the balanced scorecard (BSC) is integrated into the corporate governance architecture at the intersection of strategy and finance. The work applies methods of systematization of scientific literature, a comparative analysis of the approaches of domestic and foreign researchers, and a content analysis of implementation practices. The positions of more than thirty authors for the period 2022–2026 are analyzed, including the works of S. Kumar, A. Tawse, and B. Lee in relation to the international tradition and the studies of E.A. Boytsova, A.A. Matyukhina, T.M. Rogulenko, O.V. Efimova, V.I. Barilenko, O.Yu. Havel, R.R. Sidorchuk, and M.M. Basova within the framework of the Russian school. It has been established that the BSC has evolved over three decades from a measurement tool into a multifunctional strategic management mechanism integrating financial ratios (RIK, RA, RSK, EVA), WACC calculation, and non-financial indicators into a single decision-making framework. A distinction is made between three functional roles of the BSC in the strategic-financial architecture: translational, integrative, and diagnostic. Verification of the proposed functional typology using published materials from 2024–2025 (including cases of V.I. Kozlov Metallurgical Plant, Coca-Cola, Intel, and high-tech and agricultural enterprises) confirmed its analytical validity. It has been revealed that the diagnostic function predominates in Russian practice, while the translational function is deployed fragmentedly and suffers from a gap between the strategic intent and operational decomposition. The research's scientific novelty lies in identifying three functional roles of the BSC and substantiating that system effectiveness is determined not by the completeness of the set of indicators, but by the quality of the cause-and-effect relationships between the financial and non-financial perspectives. Its practical significance lies in the ability to use the proposed functional typology to assess the maturity of the BSC in a specific company and to plan its deployment. The results of this study are relevant to strategic and financial management specialists, developers of corporate costing systems, and researchers studying performance management.